Рассказ “После бала” —одно из последних произведений Льва Николаевича Толстого. Он повествует о драматическом событии — наказании солдата шпицрутенами. Используя известный прием “рассказ в рассказе”, писатель добивается предельной достоверности повествования. Мы видим событие глазами очевидца — Ивана Васильевича. Он честный и благородный человек. Иван Васильевич вспоминает случай из собственной жизни, когда он искренне и всей душой полюбил девушку, но не смог простить ее отцу жестокости и ханжества. — Любовь? Любовь с того дня пошла на убыль. Перед нами раскрывается благородный и искренний характер. Иван Васильевич молод, счастлив, он стремится жить в ладу со всем миром и прежде всего с самим собой. Все люди представляются ему только с хорошей стороны. И когда он видит двуличие полковника, то потрясен, раздавлен. Иван Васильевич впервые сталкивается с таким вероломством. Только что полковник с приятной улыбкой танцевал на балу, был обходителен и галантен, а среди солдат, на плацу, Иван Васильевич видит истинное лицо этого человека: “...он своей сильной рукой в замшевой перчатке бил по лицу испуганного малорослого солдата за то, что он недостаточно сильно опустил свою палку на красную спину татарина...” Ивана Васильевича обуревает стыд, как будто он сам сделал что-то неприличное. Он не берется судить полковника, а лишь задает себе вопрос: “Очевидно, он что-то знает, чего я не знаю?” Нравственная чистота героя, его совестливость и органическое неприятие зла делают Ивана Васильевича в глазах читателей исключительно порядочным, честным человеком. Ему доверяешь полностью. Начинаешь смотреть на мир и окружающих людей его глазами. И то, что он не стал карьеристом, мздоимцем, а остался порядочным человеком,— самое важное для Толстого и читателей. Небольшой по объему рассказ Л. Н. Толстого поднимает важную нравственную проблему. Это работа великого мастера, сумевшего показать прекрасного человека, даже не подозревающего, какие сокровища таит его душа.
Источник:http://www.litra.ru/
Тем временем:
... Читал "Онегина" и "Разговор", служащий ему предисловием: несравненно! По данному мне полномочию предлагаю тебе первое место на русском Парнасе. И какое место, если с высокостию гения соединишь и высокость цели! Милый брат по Аполлону! это тебе возможно! А с этим будешь недоступен и для всего, что будет шуметь вокруг тебя в жизни.
3.
< 15-начало 20-х чисел апреля 1825. Петербург >
Мой милый друг, прошу тебя отвечать как можно скорее на это письмо, но отвечай человечески, а не сумасбродно. Я услышал от твоего брата и от твоей матери, что ты болен: правда ли это? Правда ли, что у тебя в ноге есть что-то похожее на аневризм и что ты уже около десяти лет угощаешь у себя этого постояльца, не говоря никому ни слова. Причины такой таинственной любви к аневризму я не понимаю и никак не могу ее разделять с тобою. Теперь это уже не тайна, и ты должен позволить друзьям твоим вступиться в домашние дела твоего здоровья. Глупо и низко не уважать жизнь. Отвечай искренно и не безумно. У вас в Опочке некому хлопотать о твоем аневризме. Сюда перетащить тебя теперь невозможно. Но можно, надеюсь, сделать, чтобы ты переехал на житье и леченье в Ригу. Согласись, милый друг, обратить на здоровье свое то внимание, которого требуют от тебя твои друзья и твоя будущая прекрасная слава, которую ты должен, должен, должен взять (теперешняя никуда не годится - не годится не потому единственно, что другие признают ее такою, нет, более потому, что она не согласна с твоим достоинством); ты должен быть поэтом России, должен заслужить благодарность - теперь ты получил только первенство по таланту; присоедини к нему и то, что лучше еще таланта,- достоинство! Боже мой, как бы я желал пожить вместе с тобою, чтобы сказать искренно, что о тебе думаю и чего от тебя требую. Я на это имею более многих права, и мне ты должен верить. Дорога, которая перед тобою открыта, ведет прямо к великому; ты богат силами, знаешь свои силы, и всё еще будущее твое. Неужели из этого будут одни жалкие развалины? - Но прежде всего надобно жить! Напиши ко мне немедленно о своем аневризме...
