Но больше всего меня поразило другое. Отражение какой-то страшной рожи мелькнуло на поверхности круглого стекла моих часов. Я испуганно обернулся...
Это может быть только Георг Фогель, Петер Дингельдайн или я, потому как мы трое - самые старослужащие. Ты должен устроить, чтобы тех двоих услал..
Или в пороки впал и гнусность возлюбил, Или чувствительность из сердца истребил? - Душа моя во мне, я тот же, что я был. - Дела твои с тобой, душа твоя с тобою...
Основной композиционный стержень повести «Хаджи-Мурат». Как мы его определим
Композиционный стержень, суть повести Толстого «Хаджи-Мурат» в том, сколь силён может быть дух и жизнелюбие человека поставленного в тяжелейшие условия, но изо всех сил борющегося и сопротивляющегося смерти, сопротивляющегося забвению. Хаджи-Мурат погибает, но неугасаемая жажда жизни кажется переживает саму смерть. Наверное, ни в один момент своей жизни Хаджи-Мурат у Толстого не отступает перед трудностями, не позволяет себе погрузиться в уныние. Пройдя через многие испытания и будучи поставленным в нечеловеческие условия он обнаруживает в себе качества которые вызывают уважение и симпатию одних людей, и подозрительность, враждебность других. Он прошёл через многие испытания, он видел смерть, он сеял её также… Но пройдя через всё это, он всё же сохранил в себе нечто, что располагает к нему людей мирных, чутких, проницательных. Он отвечает искренней симпатией тем, в ком чувствует открытость и доброту по отношению к нему (княгиня Воронцова и Марья Дмитриевна), в ком видит те же понятия о чести и достоинстве (князь Воронцов), в ком ощущает схожую жажду к авантюризму (Бутлер) и в ком обнаруживает ту же простоту и доступность (Полторацкий). Но не смотря на благорасположение этих людей, Хаджи-Мурат зажат в тиски обстоятельств из которых фактически невозможно выйти. И тем не менее он продолжает бороться за свою жизнь и жизнь своих близких. Сочетание этих качеств позволяет увидеть в Хаджи-Мурате выдающуюся личность, незаурядного человека, которому импульсивно сочувствуешь, сопереживаешь. Но в то же время можно ли соизмерить с ценностью жизни Хаджи-Мурата всех тех, кто погиб от его руки? Ведь это были тоже люди со своими историями жизни, со своими семьями. Ценнее ли была жизнь Хаджи-Мурата? Мог ли он не погибнуть, сея смерть? Мог ли он найти другой выход из той ситуации, в которую был поставлен? Всё это далеко не столь однозначные вопросы, на которые не возможно дать простой ответ. Когда понятия долга и чести в обществе поставлены выше понятий святости жизни, то фатальная развязка происходящих событий становится трагически неизбежной. Наверное, в этом вкупе с тем, сколь сильно в борьбе может проявиться жажда жизни человека, и обретается глубинная суть – композиционный стержень повести Толстого «Хаджи-Мурат».
