Макария "Православно-догматическое богословие". Думаем так потому, что там, где идет речь об определении понятия "церковь", находим заметку автора: "Определение] из Ист[ории] ц[еркви], из кат[ехизиса], из католической] ист[ории] церкви", после чего в рукописи проставлена строка точек. О книге Макария здесь не упомянуто, чего не могло бы быть, если бы статья писалась после такого основательного изучения этой книги, какое было сделано Толстым. На то же указывает и архаический термин "богословия" (именительный падеж), употребленный Толстым в черновой редакции статьи, тогда как после изучения книги Макария он, вслед за этим писателем, писал уже не "богословия", а "богословие".
Для датировки статьи имеет значение также и упоминание в черновой редакции об обер-прокуроре Синода, графе Д. А. Толстом. Это не дает возможности датировать статью позднее апреля 1880 г., так как 24 апреля 1880 г. на место Д. А. Толстого обер-прокурором синода был назначен Победоносцев.
Статья "Церковь и государство" впервые появилась в Берлине в издании Кассирер и Данцигер без обозначения года; предисловие издателей подписано 29 января 1891 г. Статья была напечатана крайне неряшливо; не только, были искажены отдельные слова, но и пропущены целые фразы. Возможно, что статья набиралась по неисправной копии.. Толстого, изд. "Свободного слова", Christchurch, 1904, стр. 1--13.
(1) Т. 48, стр. 195--196.
В России статья впервые появилась в издании "Обновление", N 8, СПб. 1906; затем была переиздана издательством "Благая весть" (N 12) в Самаре в 1918 г.
В вышедшие до сих пор собрания сочинений Толстого статья не включалась.
ОПИСАНИЕ РУКОПИСЕЙ
Сохранились следующие рукописи, относящиеся к статье "Церковь и государство".
1. Автограф. 12 лл. 4®, исписанных с обеих сторон, за исключением лл. 8 и 10, исписанных с одной стороны. Начало: "Вера есть смысл, даваемый жизни"; конец: "В том, чтобы просящему дать? -- Все".
2. Неполная копия статьи рукою А. П. Иванова. 22 лл. 4®, исписанных с одной стороны и нумерованных переписчиком по сложенным пополам листам писчей бумаги (то есть так, что единица нумерации соответствует двум листам 4®) цифрами 10--20. Первые 18 лл. (по нумерации переписчика лл. 1--9) отсутствуют. Начало: "Христианская кафолическая вера"; конец: "это учение отрицало ее самое". Первая половина л. 15 разрезана на две части. Толстым сделаны исправления на некоторых листах и приписан заключительный абзац.
Печатаем статью "Церковь и государство" с начала до слов "Христианская кафолическая вера" по первопечатному тексту издания 1891 г., с исправлением опечаток по автографу; со слов "Христианская кафолическая вера" до конца -- по авторизованной копии.
... Года через три Андрей Тихоныч получал уже по сороку пяти копеек в месяц жалованья. Каким богачом казался он товарищам! Те, получая такое же вознаграждение, были обязаны содержать кто мать-старуху, кто вдовую сестру с ребятишками, кто слепого отца, калеку. А Андрей Подобедов живет у отца на готовом! сыт, одет, обут, да еще сорок пять копеек в месяц... Богач!.. Шереметев!.. Еще при жизни родителя Андрей Тихоныч получил регистраторский чин и получал жалованья по девяноста по восьми копеек в месяц, без вычета на госпитали и раненых. Он уж обзавелся тросточкой и важно ею помахивал, прогуливаясь по дырявым тротуарам Бобылева, обзавелся зелеными замшевыми перчатками и на кровные денежки справил суконную шинель горохового цвета "с семидесятью семью воротниками" - верх щегольства того времени. Счастливый, довольный и собой и миром двадцатилетний Андрей Тихоныч стал помышлять о подруге жизни. На уездных вечеринках присосеживался к Оленьке, дочери магистраторского секретаря, говорил ей про свое сердце, и хоть она ему про свое ничего не сказывала, однако ж Андрей Тихоныч смекал, что и красненькую ленточку на груди Оленька для него прикалывает и височки колечком потому приглаживает, что ему так нравится... Вдруг его родитель, Тихон Алексеич, скушавши за ужином шесть сковородок грибов в сметане, к утру лежал на том столе, где накануне кушал вкусные, сочные березовики. Он был первой жертвой первой холеры в Бобылеве... Остался Андрей Тихоныч один на своих руках. Еще слава богу, что ни за ним, ни перед ним никого не было: один как перст. А осталась бы обуза на руках - мать, например, аль сестры незамужние: не та б участь ему впереди была. Пустился б во вся тяжкая, спился бы с круга. Всегда так бывает. Увидел, что на девяносто восемь копеек безо взяток жить нельзя. А взятки брать не выучился. Пробовал, да они мимо его к секретарю проскакивали. Ему работа, да на совесть гнет, а секретарю денежки...
